Корвет «Оливуца»

Туманным июльским утром 1851 г. на переходе из Охотска в Петровское зимовье наскочил на подводный камень барк «Шелехов» из состава Амурской экспедиции Г. Невельского. В трюме открылась течь, вода прибывала с угрожающей быстротой. Откачивать ее не успевали, и «Шелехов» заметно погружался. Женщин и детей перевезли на другое судно экспедиции — транспорт «Байкал». Команде удалось посадить полузатонувший барк на мель и тем сохранить груз.

Через несколько дней на горизонте показалось судно. Еще издали по изяществу обводов и шахматной клетке пушечных портов, по ходу и всей «повадке» можно было узнать военный корабль. На мачте развевался андреевский флаг. Это был русский корвет «Оливуца», пришедший из Кронштадта нести крейсерскую службу на Тихом океане. С помощью моряков «Оливуцы» весь груз с «Шелехова», кроме соли и сахара. был спасен.

Двадцатипушечный корвет «Оливуца» (бывший «Менелай») был спущена воду 2 ноября 1841 г. в Севастополе. В 1846 г. его передали на Балтийский флот.

Основные размерения корвета: длина между перпендикулярами — 38,1 м, ширина без обшивки — 10,64 м, водоизмещение — около 900 т.

«Оливуца» еще не раз приходил на помощь участникам Амурской экспедиции Невельского, исследовавшей и описавшей северную часть острова Сахалин, устье реки Амур.

В начале XIX века на дальневосточных землях России хозяйничала частная Российско-Американская компания, которая занималась только добычей ценной пушнины, нимало не заботясь о заселении этих земель А России на тихоокеанском побережье нужны были удобные порты для флота. За зиму 1851—1852 гг. Невельской успел обследовать огромные территории на материке и Сахалине, установил, что залив Де-Кастри представляет ближайший к лиману рейд, выяснил сухопутные пути оттуда к Амуру и в Петровское.

Несмотря на огромное значение проводимых экспедицией исследований, снабжалась она из рук вон плохо. Не хватало продовольствия, медикаментов, людей.

18 мая 1852 года в Петровское пришел наконец корвет «Оливуца» под командованием лейтенанта И. Лихачева. Лейтенант привез бумаги от главного правления Российско-Американской компании, от генерал-губернатора Сибири Н. Муравьева, от военного губернатора Камчатки В. Завойко. Для экспедиции же Лихачев не привёз ничего. Коротенькая и резкая записка от Завойко гласила: «По неимению судов в Петропавловске корвет должен быть возвращен немедленно, а казенное довольствие в экспедицию будет доставлено осенью на боте «Кадьяк».

Экспедиция оказалась в бедственном положении. Невельской снял с корвета «Оливуца» двух мичманов и десять человек команды, оставив их в своем распоряжении. Лихачева же отправил в Аян с требованием немедленно доставить на корвете в Петровское необходимое имущество. Несмотря на предписание вернуться в Петропавловск не позднее 1 августа, Лихачев исполнил поручение Невельского и 28 июля пришел в Петровское с небольшим количеством продовольствия и товаров.

Между тем назревал русско-турецкий конфликт. Корвет поспешил к островам Бонин-Сима, чтобы соединиться с русской эскадрой. В связи с разразившейся войной командующий эскадрой Е. Путятин получил приказание со всеми кораблями идти к устью Амура, а «Оливуцу» отправил в Императорскую гавань предупредить зимующие там корабли о том, что объявлена война с Англией, Францией и Турцией.

Англичане и французы считали, что устье Амура не судоходно и потому не может служить убежищем для военных кораблей. Только в Петропавловске, по мнению неприятеля, могла базироваться русская эскадра.

У русского командования не было определенного военно-стратегическое плана. Все мероприятия ограничивались подготовкой к обороне Петропавловска и устья Амура.

Муравьев, командующий военными силами края, послал корвет «Оливуца» из Императорской гавани в Петропавловск с приказанием укрепить и защищаться. Передав приказ, корвет отправился в обратный путь и в море разминулся с неприятельской эскадрой, шедшей к Петропавловску.

Несмотря на то, что десант англо-французской эскадры был отбит, Невельской предложил увести суда в Петропавловска, мотивируя это тем что отрезанный от метрополии не может быть главной базой для ваших судов на Дальнем Востоке.

Весной 1855 г. русская эскадра покинула Петропавловск и 5 мая был уже в заливе Де-Кастри. Корабли не могли пройти к устью Амура, а лиман должен был очиститься от льда только между 20 мая и 1 июня. Нападения же неприятельской эскадры ждали с минуты на минуту. Вскоре она появилась и корабли противника стали крейсировать у мыса Клостер-Камп.

На корвете ‹Оливуца» был созван военный совет. Большинство предлагали ждать неприятеля в заливе Де-Кастри и защищаться до последней возможности, а затем взорвать корабли и отступить на берег. Невельской предложил попытаться пройти к мысу Лазарева, а там, если дальше из-за льдов идти не будет возможности, поступить так, как решил совет.

На другой день в полночь русская эскадра снялась с якоря и направилась к лиману. Транспорты шли впереди, корвет «Оливуца» и фрегат «Аврора» прикрывали их сзади. Через несколько дней достигли мы Лазарева, благополучно скрывшись от англичан.

Когда 16 мая неприятельский корвет в Де-Кастри русских кораблей не обнаружил, англичане бросились к югу, побывали везде, где могли оказаться русские корабли, кроме того места, где они на самом деле находились…

Автор: О. Погорелова

Источник: Журнал «Морской флот»